…Дмитрий и Наталья Дубина стартовали со своим интернет-проектом в самый пик мирового финансового кризиса. Инициатором была Наталья, которая после рождения ребенка не захотела ограничивать себя домом и в какой-то момент попросила мужа-программиста: «Сделай мне сайт». Определились с контентом — решили заниматься рекламой товаров для детей, разработали сайт, разместили его в Интернете и принялись за дело. Учитывая, что сайт они делали сами, начальные вложения были минимальны — регистрация домена, оплата хостинга и т.п. За два кризисных года их сайт вырос до проекта, известного родителям не только украинских малышей, но и российских, поскольку предоставляет достаточно широкий спектр услуг как для представителей электронного бизнеса, так и для самих посетителей, а в его штате даже появились новые сотрудники.

В Интернете — 7,5% всей розничной торговли

Подобных историй успеха в интернет-индустрии немало, поскольку «вход» на рынок достаточно простой, регулирование со стороны государства пока что минимальное, а количество постоянных пользователей Интернета — т.е. потенциальных клиентов — стабильно растет. По данным различных исследовательских компаний, аудитория Ua-нета составляет в среднем около 8,5 млн. человек. При этом около 29% пользователей регулярно делает покупки в Интернете (данные Gemius Ukraine), благодаря чему в январе нынешнего года доля онлайн-продаж составила 7,5% объема розничной торговли (данные GFK-Украина).

Впрочем, цифры эти весьма условны. По словам главы Украинской ассоциации участников электронного бизнеса Павла СИДЕЛЕВА, точных данных нет ни у кого, поскольку неизвестно, что, собственно, нужно считать: в нашем законодательстве отсутствуют четкие определения электронной торговли, интернет-магазина, электронных денег и многие другие, без которых немыслима торговля в Интернете. Даже сами участники рынка не могут однозначно ответить, какие виды деятельности относятся к электронной коммерции. Классическая ее модель предполагает, что выставление и поиск товара либо услуги и оплата происходит только в Интернете либо с помощью других электронных средств связи (например, мобильного телефона). Относятся ли, в таком случае, к этому виду деятельности наши интернет-магазины, в которых за товар рассчитываются преимущественно наличными? А ведь именно они вспоминаются в первую очередь, когда речь заходит о е-коммерции.

Впрочем, отсутствие единой терминологии не мешает интернет-торговле наращивать обороты. По расчетам Павла Сиделёва, оборот электронного рынка Украины составляет около 1,5 млрд. долл. в год (для сравнения: российские эксперты оценили объем рынка электронной коммерции РФ за прошлый год в размере 50 млрд. долл.).

Неудивительно, что число желающих заняться е-торговлей растет буквально на глазах. Если, к примеру, взять данные рейтинга Bigmir.net, то на 1 апреля в нем числилось 5825 интернет-магазинов, а уже 7 апреля их стало на 15 больше. При этом далеко не каждый участник электронного бизнеса открывает именно интернет-магазин — существуют и другие формы работы на рынке. Понятно, что далеко не все эти магазины реально работают (по некоторым оценкам, таковых не более двух тысяч), однако тенденция прослеживается вполне определенная.

Сразу пять законопроектов

Прослеживается и крепнущий день ото дня интерес к этому бизнесу со стороны власти, которая уже пять лет пытается поставить электронный бизнес в четкие законодательные рамки. На сегодняшний день подготовлено уже пять(!) законопроектов об электронной торговле, три из которых зарегистрированы в ВР: законопроект, представленный народным депутатом Юрием Полунеевым, законопроект народного депутата Антона Яценко и законопроект депутатов Виталия Коржа и Юрия Мороко.

По мнению Павла Сиделёва, «подготовленные документы во многом сходны и даже частично копируют друг друга. При этом все они неплохи, способны закрыть серьезные «бреши» в электронной коммерции, однако нуждаются в серьезной доработке, начиная с выработки единой терминологии».

«Брешей» в законодательстве, касающемся интернет-торговли, действительно немало. По мнению Александра БЕРНАТОВИЧА, члена Общественного совета при Национальной комиссии регулирования связи (НКРС), очень важен вопрос электронной цифровой подписи, без которой невозможно развитие современной е-торговли.

— Из всех секторов электронной коммерции — G2B (Government-to-Business), B2G (Business-to-Government), B2B (Business-to-Business), B2C (Business-to-Customer), C2B (Customer-to-Business) и C2C (Customer-to-Customer) — в Украине определенное развитее получил сектор B2C, да и то преимущественно в виде интернет-магазинов с урезанными функциями рекламы, наличной оплаты и доставки товаров на дом, — говорит г-н Бернатович. — При этом важнейшая составляющая электронной коммерции — оплата товаров, работ и услуг через Интернет существует, пожалуй, только в сегментах оплаты услуг операторов мобильной связи, кабельного телевидения и Интернета.

Полный цикл электронной коммерции, когда все фазы продвижения товаров, работ и услуг, начиная от подписания контракта и заканчивая их оплатой, в Украине практически нигде полностью не реализован. А это значит, что в B2B по-прежнему происходит стопроцентно бумажный документооборот между участниками коммерции, а в интернет-магазинах (B2C) — во многих случаях наличный денежный оборот.

Таким образом, уникальные преимущества электронной торговли, как для бизнеса, так и для конечного потребителя, реализуются далеко не полностью. Участники коммерции не «чувствуют» всех этих преимуществ и соответственно электронная коммерция развивается в Украине недостаточно быстро. Например, электронные аукционы в C2C, которые интенсивно функционируют в других странах, в Украине распространены явно недостаточно.

Недоразвитая коммерция

Причин недостаточного развития электронной коммерции в Украине несколько, но ключевой является весьма ограниченное использование цифровой подписи в коммерческих операциях. Без цифровой подписи невозможна полновесная электронная коммерция со всеми ее уникальными преимуществами для государства, бизнеса и конечного потребителя. Цифровая подпись позволяет надежно идентифицировать участников коммерции, сохранять коммерческую тайну и защитить участников от вероятных мошеннических действий.

Несмотря на то, что в 2003 году был принят Закон Украины «Об электронной цифровой подписи», ее быстрое внедрение в широкую практику не произошло. Сегодня с помощью цифровых подписей заключаются только единичные контракты в B2B, а в секторе B2C оплата с помощью цифровой подписи вообще отсутствует.

Причин такого состояния несколько. Главным недостатком является сложность определенной в законе схемы аккредитации центров сертификации ключей и их неравный статус. Тяжеловесная система, которая отражает недоверие государства к бизнесу центров сертификации, желание глобально контролировать их деятельность мешают широкому внедрению цифровой подписи.

Кроме того, выданные разными центрами ключи имеют различный правовой статус. Усиленный сертификат ключа, именно тот, который имеет реальное значение для электронной коммерции, могут выдавать только аккредитованные центры, центр освидетельствования и центральный орган освидетельствования. Из этого следует, что простые (неусиленные) сертификаты ключей для электронной коммерции малопригодны, а значит не нужны и простые (неаккредитованные) центры. Не растет число центров сертификации — не снижается стоимость их услуг — не происходит массовый приток клиентов центров для получения цифровых подписей — не развивается полновесная электронная коммерция.

В условиях рынка невозможен тотальный контроль государства, в том числе и над цифровыми подписями. Нужны изменения, упрощающие вход на рынок оказания услуг выдачи ключей для цифровой подписи новых операторов. Появится конкуренция центров сертификации — снизится стоимость их услуг для широких масс потребителей, которые могут стать основой быстрого развития электронной коммерции.

Права потребителя

Однако, по мнению авторов законопроектов, наиболее остро стоит вопрос защиты прав потребителя товаров и услуг электронной коммерции.

— Если не касаться подоплеки появления нескольких законопроектов, то скажу, что мы действительно сплошь и рядом сталкиваемся с недобросовестной коммерцией, — говорит Андрей БИРЮКОВ, соавтор законопроекта Юрия Полунеева. — Лазеек для нечестных коммерсантов в этом виде бизнеса намного больше, чем при торговле в обычных магазинах. Чтобы продавать товар в электронном виде, достаточно зарегистрировать сайт и выложить на нем информацию о каких-то товарах. Нередко это товары неизвестного происхождения, неизвестного качества, а сами интернет-магазины оказываются «однодневками», которые даже не открывают счет в банке. Между тем сегодня весь мир идет по пути освоения Интернета, и хочется, чтобы мы осваивали его в рамках каких-то правил. Никто не планирует ставить искусственные ограничения, но какие-то обязательства торговцы должны выполнять.

Отношения между торговцами и потребителями урегулированы рядом законов — мы не вмешиваемся в это поле, но даем определение, что такое электронная коммерция, каким образом заключаются договоры в электронном виде, какие это договоры, какая существует ответственность продавца и покупателя. Ведь отсутствие самого понятия «электронная коммерция» делает этот вид бизнеса в прямом и переносном смысле виртуальным. И самое главное, мы говорим, что договор, заключенный в электронной форме, не может быть рассмотрен судом в каком-то ином свете именно потому, что он электронный, — то есть уравниваем в правах электронный и бумажный документ. Нашим законопроектом мы, возможно, не решаем всех проблем, но даем определенный базис, опираясь на который можно развивать свой бизнес нормально, цивилизованно.

О защите прав потребителей говорится и в законопроекте депутатов Виталия Коржа и Юрия Мороко.

— Законопроекты предполагают регулирование не только непосредственно коммерции — они регулируют отношения, которые возникают с помощью электронных средств связи, — говорит соавтор данного законопроекта Юрий ГОНЧАРУК. — У нас уже действуют три связанных между собой закона — «Об электронной цифровой подписи», «Об электронном документе и электронном документообороте», «О защите информации в информационно-телекоммуникационных системах». Но на самом деле они больше посвящены именно документу, формальной стороне и не регулируют сферу электронной коммерции. Под их действие не попадают электронные документы, не содержащие электронную подпись.

За последние пять лет в стране появилось огромное количество электронных площадок, но они находятся в тени, поскольку за это время к ним никто не пытался предъявить никаких требований. На большинстве таких площадок нельзя найти информацию, которую легко получить в обычном магазине. Например, кто продавец, его реальный юридический адрес, насколько верна выданная гарантия на товар. Часто сама информация о товаре не всегда объективна: он может отсутствовать на складе, в момент сделки может оказаться, что изменилась цена, и так далее. Поэтому в первую очередь поставлена задача защиты прав потребителей.

Законопроектом устанавливается, как должен происходить электронный обмен, что можно считать средством или приемами акцептования (согласия покупателя приобрести товар), говорится о том, что после заключения договора уже не могут быть изменены цены или условия без согласия обеих сторон. Мы также говорим о том, каким образом должны производиться расчеты, что считать местом сделки (месторасположение сервера или юридический адрес субъекта предпринимательской сделки, предложившего товар на сайте, или место фактического расположения предпринимателя), временем сделки. Например, сервер магазина находится в России, а расплачиваешься с помощью платежной системы, юрисдикция которой — Багамские острова. В законопроекте заложено достаточно признаков, по которым можно определить, что сделка попадает под юрисдикцию Украины: это или покупатель в Украине, или идентификаторы украинские, или продавец в Украине.

Регулирование, по мнению Юрия Гончарука, должно быть минимальным, необходимым и достаточным для того, чтобы защитить всех участников процесса, но не навредить и не разрушить уже существующее.

Админответственность

Много дискуссий в интернет-сообществе вызвал законопроект Антона Яценко. По оценкам ряда экспертов, некоторые заложенные в нем нормы могут создать предпосылки для возникновения коррупции и серьезно осложнить работу на рынке. К примеру, предложение внести изменения в ст. 160 Кодекса Украины об административных правонарушениях, согласно которым ведение незаконной электронной коммерции влечет за собой наложение штрафа в размере стоимости электронного товара с конфискацией этого товара и изъятых денег(!). Правда, не ясно, о каких изъятых деньгах в данном случае идет речь — может, помимо штрафа и товара планируется отбирать всю выручку? Вопросы вызывает и предложение о создании некоего «общественного формирования, которое обеспечивает систему электронной коммерции».

Впрочем, сами авторы законопроекта придерживаются несколько иной точки зрения, утверждая, что основной задачей документа является установление четких требований и механизмов совершения сделок с помощью средств телекоммуникационной связи через обмен электронными сообщениями, а также требований скрепления электронных документов электронной цифровой подписью. Это, по мнению законодателей, позволит гарантировать законность, прозрачность и достоверность сделок в Интернете.

— Мы должны создать доверительные отношения между субъектами рынка — теми, кто продает товары и услуги, и кто их покупает, — говорит Сергей КОЛОБОВ, член НКРС, представители которой участвуют в рабочей группе по подготовке документа. — Эти доверительные отношения создаются техническими средствами или с помощью информационно-технических комплексов, используется электронная цифровая подпись. Такие механизмы существуют во всем мире. Параллельно существует и система аккредитованных и неаккредитованных центров сертификации ключей и система доверительных центров. Эти центры служат только одной цели: помочь двум сторонам установить доверительные отношения. Я должен иметь возможность рассчитываться с помощью определенных средств и чтобы эти средства воспринимались моим партнером и однозначно идентифицировались моими, а не другого человека, и при этом все мои платежные реквизиты сохранялись бы в конфиденциальном состоянии, их нельзя было бы мошенникам перехватить, украсть, и я не получил бы от этого ущерба.

В этом смысле НКРС участвует лишь в части элемента этого механизма, а именно — элемента транспортной сети. Как известно, для доставки, обмена сообщениями субъекты рынка используют каналы связи, телекоммуникационную инфраструктуру. И операторы, предоставляя такую транспортную услугу, попадают под регулирование НКРС.

Поэтому к «электронному транспорту» предъявляются определенные требования. Скажем, для целого ряда приложений, особенно основанных на понятиях безопасности, задержки в канале связи являются очень критичным показателем. Так, с точки зрения одного из приложений, связанных с шифрованием, посылка запроса, ответа и так далее должны происходить с определенной скоростью, и задержка является признаком попытки перехвата информации. В этом случае приложение должно отработать другой сценарий — прекратить взаимодействие, сообщить вам о том, что что-то происходит в канале и так далее. В результате пользователь не может совершить необходимую операцию. Поэтому вводится требование пользоваться услугами только участников рынка телекоммуникаций — а это те провайдеры, которые входят в реестр НКРС и работают по определенным законам. Ведь кто будет отвечать, если человек, пользуясь услугами провайдера, не являющегося участником рынка телекоммуникаций, не сможет получить нужный товар или услугу?

Если вы отправили сообщение вашему партнеру, то должны быть уверены, что запрос доведен до адресата, и если не предоставляется требуемое качество и надежность соединения, возможность работы по заданным протоколам, то вы не сможете реализовать свою возможность приобрести необходимый товар.

Мы хотим ввести новый закон в то же законодательное поле, которое уже создано, тогда реализовать его требования будет гораздо легче. В законе не будут повторяться уже существующие нормы, но, к примеру, новеллы, которые призваны защищать права потребителей, обязательно должны быть прописаны. Также мы подали предложения, которые сводятся к гармонизации лексики, определений в законопроекте с уже существующими в области телекоммуникаций.

Нельзя зарегулировать

Представители интернет-бизнеса также не отрицают, что качественный закон об электронной коммерции нам нужен, поскольку сегодня полностью не защищен ни покупатель, ни продавец. Однако к нынешним законодательным инициативам в большинстве своем относятся скептически, полагая, что разработчики документов имеют слабое представление о функционировании этого бизнеса, а потому излишне усложняют закон.

По мнению ведущего юриста компании WebMoney Анны ТИТОВОЙ, правовые механизмы защиты всех участников электронной коммерции, бесспорно, необходимы. Но на ее взгляд, необходим законопроект, который бы «дал надстройку над существующим законодательством, уточнил его, установил необходимые механизмы защиты участников электронных сделок, одновременно не ограничивая их в выборе того или иного механизма, отрегулировал отношения между участниками рынка, помог определиться с терминологией. При этом нет необходимости дополнительно описывать то, что уже есть в действующем законодательстве». Как полагает Анна Титова, логичнее было бы признать ряд норм, регулирующих отношения в обычной торговле и других гражданско-правовых отношениях, справедливыми и для электронной коммерции.

Представители мелкого интернет-бизнеса еще более категоричны. Как полагает владелец сайта электронной коммерции B2Blogger Александр СТОРОЖУК, «любая попытка регулирования рынка государством будет воспринята отрицательно. Регулирование нужно, но такое, которое просто заставит игроков рынка относиться к этому серьезно, придерживаться определенных правил. Сейчас их нет. Рынок электронной коммерции развился без влияния государства и будет развиваться, если ему не мешать. На мой взгляд, если кто и должен заниматься регулированием, так это профильные ассоциации. Хотя я бы сказал, что в ближайшие три года необходимости жестко регулировать нет. Стабильность приведет к необходимости пользоваться правилами, рынок сам отрегулирует». По его словам, «существующая сегодня законодательная база, в том числе и в сфере торговли, учитывает все основные моменты общения и торговли в Интернете. Главное, чтобы эти законы соблюдали».

Поддерживают Александра Сторожука предприниматели Наталья и Дмитрий ДУБИНА, по мнению которых вся их деятельность и так регулируется существующим законодательством, а любые изменения могут быть лишь в худшую сторону — они либо увеличат налоги, либо усложнят работу. Как говорит Дмитрий, «для меня главное — чтобы не мешали».

* * *

Впрочем, не исключено, что консолидированный законопроект по электронной коммерции и так появится у нас не скоро. Возможно, через те же три года. Ведь законодателям нужно не только прийти к какому-то согласию, пойти на определенные компромиссы, учесть все возможные дополнения и уточнения, выработав единый жизнеспособный документ, но и получить одобрение парламента. А в нынешней бурной политической ситуации даже сами депутаты не могут сказать, когда хоть один из законопроектов будет вынесен на рассмотрение в сессионный зал…

Татьяна Галковская

Добавить комментарий