ПОДЕЛИТЬСЯ

Мой комментарий к статье Без нефти, кассы и руля

Стивен Хокинг, блестящий физик и живое воплощение победы духа над несовершенством плоти, в начале года уже предупреждал об опасности, которую несут технологии человечеству (обещая почти неминуемую катастрофу на Земле в ближайшие 10 тысяч лет и призывая людей отправиться в космос, а пока быть осмотрительнее).
Теперь, после неожиданного решения Великобритании выйти из ЕС и не менее неожиданной победы Дональда Трампа на президентских выборах в США, Хокинг написал еще одну статью-предупреждение. В ней ученый говорит о том, что для элит будет ошибкой реагировать на подобное волеизъявление людей как на издержки популизма, поскольку причины такого голосования вполне понятны – это экономические последствия глобализации и все ускоряющиеся технологические изменения: автоматизация заводов лишает рабочих мест в традиционной промышленности, развитие искусственного интеллекта грозит тем же среднему классу. Роль людей будет, по большей части, – «ухаживать, творить, контролировать», пишет Хокинг.

При этом новая экономика приводит к процветанию очень немногих, экономическое неравенство растет, и для многих людей исчезает сама возможность заработать на жизнь. А благодаря интернету и социальным медиа это заметно всем, что приводит к росту экономической миграции – как замечает Хокинг, в Африке к югу от Сахары у большего числа людей есть телефон, чем доступ к чистой воде.

— чтобы изменить систему, нужно выйти за ее пределы. Чтобы найти выход из кризисной ситуации, нужно перестать мыслить шаблонами, которые навязывает нам нынешнее экономическое устройство. Огромный потенциал рабочих мест и самозанятости несет в себе развитие локальных экономик. Нужно прекратить остановить глобальное разделение труда и обратить внимание на местный потенциал и свойства альтернативных локальных валют.

В результате, резюмирует он, человечество переживает сейчас самый опасный момент своего развития, и нужно переобучать и финансово поддерживать людей в условиях, когда исчезают не просто рабочие места, а целые индустрии, нужно глобальное развитие – единственный способ предотвратить миграцию миллионов людей.

– Технологии становятся все сложнее, а образование в развитой стране (они подразумевают США) за этими технологиями не поспевает. Какая-то когорта на рынке труда движется в ногу с технологиями – это программисты, инженеры, часть экономистов, архитекторы. А средний класс, как рабочие, люди ручного труда – те, например, кто сидят в банках, проводят какие-то простые операции, – эти люди за технологиями и за образованными людьми не поспевают.

Процесс непрерывного образования и повышения квалификации — это требование нынешнего времени. И именно технологии сделали его доступным как никогда — миллионы видеокурсов, онлайн справочники, библиотеки, и тонны бесплатных книг делают образование доступным любому, главное лишь желание и выбор направления, в котором тебе хочется развиваться.
Давайте представим себе три ванны, заполненные водой, первая ванна небольшая – это образованная элита, третья ванна – это люди ручного труда, рабочие, какой-то сектор услуг вроде нянечек, официантов и так далее, а посередине – клерки, банковские, офисные работники и так далее. В эту промежуточную среднюю ванну с клерками плюхнулся груз с технологиями, объема этой ванны стало не хватать, чтобы там оставалась вся эта вода, она выплеснулась, что означает вытеснение части рабочей силы из-за технологий и необходимость им что-то делать – или переходить в первую ванну, где сосредоточен элитный труд, или становиться представителями ручного труда. Стандартный ответ экономистов Асемоглу и Отор здесь от них не отличаются: друзья, если мы в XIX или в ХХ веке были вынуждены массово стать городскими жителями, будучи вчера крестьянами, нам пришлось выучить таблицу умножения, стать грамотными, то сегодня, увы, нам нужно отвечать на более высокий интеллектуальный вызов, нам нужно уже, будучи молодыми людьми, уметь программировать, знать статистику и прочие довольно сложные дисциплины. Картина, которую рисует Хокинг в своей статье, основана, на мой взгляд, на довольно сильных предположениях, что перераспределить людей из средней когорты в образованную когорту или невозможно, или затруднительно. На мой взгляд, это предположение слишком сильное. Нет никаких признаков того, что сегодня невозможно увеличить число людей, которые занимаются высокоинтеллектуальной работой.

— Полностью поддерживаю.

Те изменения, которые произошли в последние 30 лет в США, состоят в том, что образование стало относительно менее доступным значительной части населения. В США все могут посещать школы, но качество обучения в этих школах очень различается, фрагментарность колоссальная. Из части школ люди поступают в элитные мировые вузы, а из части школ продолжить образование очень сложно. Плюс в Соединенных Штатах образование не бесплатное и у значительной части семей просто нет денег для оплаты обучения. Давно говорилось, что систему образования нужно реформировать: улучшать качество образования в американских школах, которые недофинансируются, потому что находятся в бедных районах, и помогать с оплатой образования в колледжах.

— Еще одна форма стереотипного мышления. Высшее образование играет все меньшую роль при найме на работу. Некоторые говорят уже про смерть высшего образования
Значение имеют только навыки и опыт. От этого зависит ваша цена как специалиста.

Раньше из Африки миграцию было сложнее представить в таких количествах, потому что люди не знали, куда, как и зачем мигрировать. Сейчас есть небольшое возвращение производства из Китая обратно в США, потому что подорожала китайская рабочая сила. Но китайские компании в свою очередь идут в Африку, где совсем дешевая рабочая сила. Это означает, по большому счету, что произошло то, о чем говорили большевики: «Пролетарии всех стран, объединяйтесь». И хотя сейчас американские рабочие проголосовали за стену по границе с Мексикой, разрыв торговых соглашений с Китаем, которые позволяют уводить туда рабочие места, по большому счету, цель у всех рабочих примерно одна.

— Эти глобальные тенденции показывают подсознательное стремление к возвращению экономики в локальное русло. Пока — на уровне стран. А в дальнейшем — еще большее дробление — на экономику районов и сел. Потенциал локальных экономик не то, что не используются — существующая экономическая модель приводит к деградации и несправедливому распределению ресурсов. Поэтому она должна быть изменена.

Даже если представить, что вдруг права собственности надежнее защищены, технологические инвестиции в России стали больше, в банках появляются расчеты, проводятся при помощи нового программного обеспечения и статистических методов – а людей для этого нет, потому что у нас самые популярные профессии – это водитель и, если память мне не изменяет, продавец. У нас большая часть населения – это люди, занимающиеся простыми услугами, условно, это продажи: продажа кредитов в банках, продажа электроники, продажа одежды и так далее. Тех, кто у нас умеет выполнять сложные операции, очень мало, я не помню точные оценки, но примерно речь идет о нескольких процентах населения – тех, кто готов принять технологическую эстафету. Это очень большая проблема.

— Водилы и торгаши. И ресурсная экономика. Украина — просто копия России сегодня.

Нам, как и любой стране, нужно зарабатывать доллары и евро – хотя эти валюты по политическим причинам становятся менее популярными, но спрос на них совершенно не падает. Мы потребляем ноутбуки, телевизоры, автомобили, многое другое, что сами не производим. Если у нас рынок труда состоит из продавцов, банковских клерков и водителей, эти доллары мы зарабатывать не очень способны, нам нужны сектора, которые могут продавать что-то миру. Если бы в Германии люди работали в подавляющем большинстве таксистами, клерками Дойче-банка и продавцами, я боюсь, эта страна была бы на порядки беднее. Все-таки там очень много дизайнеров, инженеров, архитекторов, программистов и так далее. Нам, если мы хотим расти дальше, неизбежно нужно наращивать эту когорту на рынке труда. Мы зарабатывали доллары при помощи нефти, и те, кто непосредственно зарабатывал эти доллары, могли тратить их здесь на услуги. Так как мы зарабатываем их сейчас меньше, то спрос на услуги водителей, клерков, продавцов снижается. Люди высвобождаются.

— Как это верно. Чтобы что-то купить, нужно что-то продать. Украина — точно такая же импортоориентированная экономика. Мы продаем только сырье с низкой степенью передела (добавленной стоимостью). Высокотехнолгичные продукты только грозимся начать продавать, но вроде пока еще ничего не продали. Ни ракету, ни самолет Мрия. И грозимся стать житницей европы, хотя внутри этому создаются все мыслимые и немыслимые барьеры, а качество чернозема падает из года в год (как и растет зависимость от импортных гербицидов и удобрений).
Хватит мусолить статьи на тему “Рашке п#дец”. Пора увидеть глобальные тренды и заняться собственной страной. Ведь мы ничем, по сути, пока не отличаемся…

Вячеслав Горобец